Гараж

Вторник, 23 Дек 2014

Гараж занимает особое место среди всех производств поселка. Гараж родился раньше всех, да и умирал дольше. Можно сказать, что гараж был всегда. Еще и сегодня стоит каменное здание со станками и боксами для автомобилей.

Работники гаража

Работники гаража

Но все это потеряло смысл, так как не стало основного вида деятельности – лесозаготовки, лесопереработки и лесовоспроизводства. Вообще-то гараж в буквальном смысле — место хранения автомобилей, но для Соловьевского это поистине градообразующее предприятие, смысловая ось поселка.

По свидетельству очевидцев (Ожегина И.И., и Липасова А.Г.) гараж был переведен на сегодняшнее место из поселка Мостовка в 1946 году. Этого поселка нет уже давно (более 50 лет). Время перевода гаража совпадает с временем бурного развития Соловьевского. На фотографии из домашнего архива Локтевых (фото 1) можно видеть работников гаража вскоре после его перевода. На бревнах сруба здания видны свежие буквы разметки. В дальнем ряду третьим слева направо стоит мне кажется дядя Ваня Куликов (в последние годы перед отъездом он работал в котельной), а шестым возможно дядя Саша Беспалов. А во втором ряду вторым сидит Сидоров Алексей Николаевич (я так думаю), а рядом с ним (это стопроцентно) дядя Гриша Кулагин (Кудров). В довоенное время основные производственные мощности лесозаготовки и лесопереработки были сосредоточены на Мостовке, поэтому гараж был там. При увеличении объемов лесозаготовки и, как следствие, увеличения общей численности работников леспромхоза возник вопрос об оптимизации расположения базового населенного пункта. С учетом того, что основные грузоперевозки и транспортные пути связаны были с Сурой, было принято решение сделать базовым поселком Соловьевский, как наиболее близкий к Суре. К сожалению, про Мостовку сведений очень мало, а ведь Соловьевский фактически является дальнейшим развитием этого поселка. Но данная статья все — же про гараж.

Итак, начиная с середины пятидесятых годов, гараж представлял собой достаточно мощную ремонтную базу, что позволяло проводить даже капитальный ремонт автомобильной техники. В кузнице гаража клепали новые автомобильные рамы. Разумеется, лонжероны и поперечные балки с кронштейнами крепления рессор, привозились готовые. Было большое количество токарных станков, фрезерных, строгальный, пресс, гильотина, сверлильный, шлифовальные станки. Мощная столярная мастерская, где делали кузова для грузовых автомобилей, да не только кузова — в технике того времени дерево было весьма распространено. Была «вулканизаторская», где не только клеили проколотые камеры, но и из нескольких старых камер делали одну. Проблемы с запчастями тогда стояли остро. Общее количество работающих в гараже в пятидесятые — шестидесятые годы составляло человек шестьдесят, а может и больше. Был электроцех, где проводился ремонт электрооборудования автотракторной техники. Главным специалистом там был Цельникер Григорий Моисеевич, редкая умница, человек с нелегкой судьбой. Говорят, он был репрессирован (сослан) без права проживать в крупных городах. Надо отметить, что даже по сегодняшним меркам гараж того времени представлял хорошо оснащенное ремонтное предприятие. Площадь гаража была гектара два. Он был обнесен высоким дощатым забором. В ночное время на деревьях за гаражом пугающе сверкали сполохи электросварки. Помню как — то мы в темное время ходили полоскать белье в проруби на «маленьком» котловане у котельной. Вернее полоскать ходила мама, ее провожал отец, ну а я за компанию. Оставив маму у проруби, мы с отцом пошли к ярко освещенным окнам РММ (эта аббревиатура никак не расшифровывалась – РММ и РММ, я думаю это ремонтно-машинная мастерская). Там внутри гудели станки, совершенно четко помню, что работал токарный станок, ходили какие – то мужики. Это работала вторая смена.

Сергей Друзин

Сергей Друзин в юности

На фото 2,где мой весьма юный брат стоит на переднем бампере лесовоза, на заднем плане видно здание РММ. Надо сказать, что двусменная работа была не только в гараже. Практически на всех автомобилях было по два водителя. Когда учился в начальной школе, то время окончания занятий почему-то часто совпадало с началом обеденного перерыва. Идя домой, я видел как из гаража на старый поселок и на новую стройку густой плотной вереницей шли черные, замасленные до блеска люди, «гаражники», как их называли в поселке.

Нельзя не сказать о том, что гараж был самой настоящей Меккой для мальчишек. Праздник души был, если отец брал меня с собой в гараж. Дикий восторг вызывал вид работающего токарного станка, переливающаяся всеми цветами радуги стружка, снопы искр от наждака, раскаленные докрасна заготовки, которые как пластилин мял пневматический молот. В последующем, став побольше, я ходил глазеть в гараж с товарищами, и прятался от механиков, которые гоняли нас взашей. Да что пацаны, мужики из окрестных деревень приезжая в поселок, ходили по гаражу разинув рот. У них в деревне из всего оборудования была только кузница с горном раздуваемым мехами, где отверстия не сверлили, а пробивали. А из авто старый «ЗиС-5» да «ГАЗ-51». Поэтому, не в последнюю очередь, они с удовольствием устраивались работать в леспромхоз. Да и, к слову сказать, в поселке были условия как на обычном производстве, с зарплатой и авансом, в отличие от колхоза, где работали за трудодни, не имея паспортов. Хлопотным временем для гаража, а точнее для механика было время сбора школьниками металлолома. С одной стороны была возможность избавиться от ненужного хлама, а с другой стороны — того и гляди утащат полмашины находящейся в ремонте. И нередко после сбора металлолома незадачливый водитель, распекаемый механиком, вытаскивал из груды собранного металлолома спертую по его недогляду деталь.

работники РММ

работники РММ

В гараже помимо ремонта автомобилей делалось все, что нужно было для обеспечения жизнедеятельности других организаций – тарного, хвойного, пекарни, школы детсада, клуба. Все, что нужно было сделать для дома, тоже делалось в гараже. По — моему в гараже только что не лечили, и не шили одежду. Хотя рассказывали, что кому-то удаляли зуб плоскогубцами. Одежду не шили, а вот обувь делали, как тогда говорили «лили» галоши в вулканизаторской. Если быть точным, конечно не отливали, как это делали индейцы. Они отливали галоши, обмазывая ступни ног соком каучукового дерева. После того как сок застывал (вулканизировался) получалась резиновая обувь идеально подходящая по размеру ноги. В гараже галоши клеили. Из камеры делалась выкройка, из которой потом методом вулканизации клеились галоши для валенок. В зимнее время поголовно все гаражники ходили в валенках с такими галошами, да и не только гаражники. Поскольку подошва была не рифленая, то в зимнее время все гаражники ходили легкой грациозной походкой балерины. Ну, а уж если выпил, то…

Все проблемы, которые неожиданно возникали в поселке, также решались с привлечением «гаражников»: упаси господь загорелось что-нибудь, муж пьяный буянит, несчастье на Суре (было и такое). Просто потому, что в одном месте было сосредоточено значительное количество здоровых и трезвых (преимущественно) мужиков.

Гараж сегодня

Гараж сегодня

В последующем (в середине 60-х) на Соловьевский был переведен с поселка Нагорный парк трелевочных тракторов. В этот период происходит уменьшение интенсивности производства, так как количество эксплуатируемых лесовозов стало уменьшаться.

Не обошлось, к сожалению, и без пожаров в гараже. Первым на моей памяти это тот, когда горела вулканизаторская, мне тогда было лет десять. Было это зимней ночью, мы тогда жили еще в своем доме (на одного хозяина). Отец дежурил на электростанции, а мы что – то долго не могли улечься спать. И когда, наконец, угомонились, стал слышен тревожный звон пожарного колокола. В качестве колокола использовался старый тормозной барабан, подвешенный на столбе у входа на территорию гаража, там же на цепи был приварен палец гусеничной ленты, которым и били в барабан. Занавески освещались мерцающим багровым светом. Стало очень страшно, особенно и потому, что с нами не было отца. Мы оделись, но на улицу не выходили, а смотрели в окна. Через ветки тополей было видно пламя, и снопы поднимающихся искр. Как вы сами понимаете, в вулканизаторской было чему гореть. Не считая самого деревянного здания, были еще горы резины. Но часа через полтора все потушили, или само прогорело, не помню сейчас. К слову сказать, противопожарная служба была тогда на высоте. Пожарником был дядя Миша Моисейкин, он же и водитель пожарной машины и исполнитель всех прочих пожарных должностей. Позднее тоже были приключения – сгорел бензовоз, точнее кабина его и двигатель – видимо замкнула проводка. Курьезным происшествием того случая было то, что Никанор Семенович Илларионов, в суете надел брюки, которые тетя Паша вечером ремонтировала и отрезала по колено штанину. И в таком виде Никанор Семенович бегал достаточно долго. Позднее, меня уже не было в поселке, сгорел т.н. большой гараж, вместе с машинами. Не буду называть фамилии авторов события – местные их знают. Пришли воровать бензин для мотоциклов. Вывернули сливную пробку бензобака, и уронили ее в смотровую яму. Не придумали ничего лучше, чем посветить зажженной спичкой… Но, благодаря этому событию, был построен кирпичный гараж, который стоит и поныне.

Останки лесопилки

Останки лесопилки

Упадок гаража начался, когда на базе Алтышевского и Алатырского леспромхозов был создан Алатырский лесокомбинат, с центром в поселке Алтышево. После этого был увезен один из корпусов с боксами (который все тоже называли гараж). Меньше стали завозить нового оборудования. Второй снимок из архива семьи Локтевых (фото 3) который, кстати, сделан нашим отцом, относится примерно к этому периоду. На этом снимке слева направо можно видеть: первого не помню, возможно это Сергей Иванович Ганюшин, кочегар, вторым стоит Виктор Иванович Клюйков, третий Домовов Иван Васильевич, затем Локтев Геннадий Анатольевич, потом дядя Саша Беспалов, рядом с ним Фадеев Геннадий (отчество не помню), далее Метлицкий Петр Михайлович и крайним стоит возможно Абязов (Аббясов) по поселковому Александр Борисович. Но по — видимому не он. Попросим его дочь разъяснить нам.

Пожарное депо в Соловьевском

Пожарное депо в Соловьевском

Ну а самые страшные дни начались после распада Союза и деградации лесокомбината. К этому времени, правда, лесовозов уже не осталось, за исключением Урала -375, на котором возили лес для тарного цеха. После ликвидации лесопункта гараж перешел во владение лесничества. Благодаря энергии и заботливости лесничего – Буреева Михаила Валентиновича гараж существовал еще некоторое время, но в весьма более скромных размерах. Статья писалась достаточно долго, и во время ее написания произошло очень печальное событие — Михаил Валентинович умер. Царство ему небесное и вечная память. Как – то созвучно этому событию умер и гараж. Правда есть еще станки, но кому на них работать, а главное что на них делать. Вся наличная техника видна на фото 4. Трактор это лесничество, а ГАЗ-66 это поселковый автобус. На фото 5 можно видеть все, что осталось от ленточной пилорамы и хорошего, аккуратного навеса. Все это было создано тоже благодаря стараниям М.В. Буреева.

А разорителям же, я надеюсь, судьба воздаст то, что они заслужили. Ну, а на фото 6 видно пожарное депо, которое внешне не изменилось с тех пор как я его впервые увидел, а было это очень давно.

С. Друзин, 28.08.2010 г., Соловьевский — Москва.

 Ну и в качестве видеобонуса небольшая историческая ретроспектива на тему семейства МАЗ-200

 


Рубрики: ВОСПОМИНАНИЯ, ДОСТОПРИЧЕТАЛЬНОСТИ

Метки: ,

Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.

Комментарии:

Ваш отзыв